Детский музыкальный театр «Трубадур» отметил 20-летие. А начинался детский театр со взрослого любительского объединения, откуда вышло немало известных людей. За 20 лет многое изменилось, неизменным был и остается руководитель и режиссер театра Константин Ефимович Магидин. В этом году он удостоен премии Союза театральных деятелей России «Призвание». Подводя юбилейную символическую черту, Константин Ефимович говорит о театре – о взрослом и детском, о провинциальной искренности и особой атмосфере маленьких городов России, он рассказывает о детях и о том, что все эти годы удерживает его в профессии.

- Константин Ефимович, с чего начинался ваш творческий путь в Братске?

- Я закончил Харьковский институт культуры. Сначала хотел поехать в Усть-Илимск. Но в билетной кассе сказали, что железная дорога до города еще не проложена. Тогда предложили билеты до станции Анзеби, что ни о чем мне тогда не сказало, и, услышав название Гидростроитель, я решился. В Братске начинал работать в агитбригаде при Дворце культуры «Лесохимик». А спустя год с небольшим организовал любительский театр. Позднее при нем появилась театральная студия под руководством Людмилы Миловановой, при которой театр стал называться «Трубадур».

- Что было актуально в 70-е годы и о чем тогда хотелось говорить со зрителем?

- Начинали мы с довольно серьезных постановок, первая из них – по пьесе Александра Вампилова «Прошлым летом в Чулимске». Этому предшествовала необычная история: я ничего тогда о Вампилове не знал, приехал в Братск именно в тот день, когда драматург погиб. Мне рассказали об этой трагедии, так я услышал имя Вампилова, потом познакомился с его творчеством. Мы одними из первых в стране поставили пьесу по Вампилову. И потом было еще несколько постановок - «Утиная охота» и «Старший сын». Мы первыми поставили «Живи и помни» Валентина Распутина. Я связывался с автором, он разрешил мне сделать свою инсценировку. Оформлял спектакль выдающийся художник, родоначальник советского поп-арта Михаил Рогинский. Удивительный человек, он несколько раз приезжал в Братск, мы с ним подружились. Это было очень продуктивное время, плодотворная работа. Позднее один московский автор написал о нашем спектакле так: «Сценическая жизнь повести Распутина «Живи и помни» началась в Братске». К слову, продолжалась она на протяжении 10 лет, и спектакль всегда шел с успехом.

- Но в 90-е годы Ваш театр стал детским и музакальным. С чем это связано?

- 20 лет назад, в начале 90-х годов я распустил взрослую труппу. Времена были тяжелые… Но закрывать театр не было намерения, и я попробовал поработать с детьми, так появился детский музыкальный театр «Трубадур», который, уже сейчас можно сказать, ждало всероссийское признание и успех. Со временем наш театр стал явлением не только братским, он вышел на большую сцену страны, выезжали мы и на гастроли за рубежом. Мы выступали и в Японии, и в Германии, и, конечно, на российских площадках – в Москве, Калуге, Новосибирске, Красноярске, городах Иркутской области. Неоднократно театр удостаивался побед на самых крупных конкурсах министерства культуры РФ. В 2006-2007 годах мы становились обладателями Гран-при, Всероссийского фестиваля «Калужские каникулы» и Всероссийского фестиваля детских музыкальных театров «Синяя птица» в Москве. В столице наш спектакль «Коза-Дереза» был признан лучшим детским спектаклем страны, где мы сыграли его на большой сцене «Доме актера» им. Яблочкиной. Также мы участвовали в крупных фестивалях в Красноярске, Ангарске, Иркутске, Новосибирске, и всегда наш театр тепло встречала публика. Любит нас и братский зритель. Мы выступаем не менее двух раз в месяц на разных сценах - и в ТКЦ «Братск-Арт», и в Братском драматическом театре, и в школах, и в детских садах. Всегда наше творчество принимается публикой благосклонно.

- Чем же так подкупает «Трубадур» зрителей?

- Я всегда понимал, что с детьми нельзя работать так, как со взрослыми. Во взрослых современных спектаклях у нас все сложно, мы видим разные проявления, которые могут нам не нравиться, раздражать нас. В детском творчестве это недопустимо, здесь должна быть четкая грань между тем, что можно, а что нет. Детям нужно прививать уверенность в себе и целеустремленность вместо наглости, искренность – вместо кривляния, особую духовность и даже трепетность в отношениях к жизни, друг к другу. И вот этим в нашем театре мы и занимаемся. И это, возможно, в наших юных актерах ценит зритель. Особенно тепло принимаются такие спектакли, как «Кошкин дом», «Гуси-лебеди», «Иван Семенов – бабушкин сынок», «Белоснежка» и другие.

- Вы активно следите за театральной жизнью в стране и даже в мире, как, по Вашему мнению, выглядит детский театр, такой как «Трубадур», на общем фоне?

- Очень неплохо - на фоне других. В советское время у нас много внимания уделялось детской самодеятельности, это наследие еще живо, и я надеюсь, что оно сохранится и будет процветать.

- И все-таки театральная жизнь Братска далека от той, как вам, возможно, хотелось бы видеть. Об этом говорят и другие театральные деятели, которые помнят расцвет культуры в городе в далекие 70-е…

- Комфортное ощущение в творческой среде во многом зависит от отношений с местной элитой. То, что было в 70-80-е годы, практически ушло. В то время в Братск ехали художники, музыканты, писатели из ведущих учебных заведений страны, здесь сформировалась очень богатая насыщенная культурная среда. В 90-е годы этот приток иссяк, более того, многие стали уезжать. У меня тоже было много возможностей уехать, но я как-то полюбил тайгу, стал охотником, сибиряком, да и думал, что всегда успею уехать, что еще не сделал здесь все, что хотел. Так вот, когда культурная элита изменилась, и отношение к творческим проявлениям тоже поменялось, работать в этой среде стало гораздо сложнее. Исчезло то взаимопонимание, поддержка… И, может быть, о нас знает намного меньше горожан, чем хотелось бы, потому что у нас нет возможности рекламировать себя, много выступать, ведь у театра даже нет своего автобуса. Да и все наши выезды в другие города, как правило, в последние годы организуются на средства родителей - занятия в театральной студии платные… Так не должно быть, но мы поставлены в такие условия. К счастью, всегда есть люди, которые нас поддерживают, и я им искренне благодарен.

-Вы уже 20 лет работаете с детьми. Как изменилась Ваша жизнь, характер, настроение за это время?

- Однажды меня спросили: «Что вам дают дети?» Я ничего не ответил, вопрос показался мне несерьезным. А сейчас твердо могу сказать, что дети дают очень многое, они меняют человека. Не секрет, что режиссеры – люди своеобразные, порой, несдержанные, резкие, излишне эмоциональные. Я видел разных режиссеров, и таких, кто кидался стульями, и ругался нецензурной бранью. С детьми так работа не пойдет. Легче заставить человека копать траншею, нежели будоражить психику и каждую минуту на сцене доводить ее до накала. Особенно если работаешь с юношеской, детской психикой. Нужно вовлекать их в творческий процесс. Мы стараемся создавать спектакли вместе. Я в какой-то степени подпитываюсь детской энергией, задором, добротой, открытостью.

Фото Валерия ПАВЛОВА