В этом году региональному минфину предстоит решать неординарные задачи. Во-первых, региону может выпасть шанс распорядиться внушительной суммой на модернизацию здравоохранения – 8,4 млрд. рублей на два года. Во-вторых, придётся верстать новый, «программный» бюджет-2012. Задача сложнейшая – нужно по максимуму попасть в долгосрочные федеральные программы. В-третьих, может появиться проблема создания регионального дорожного фонда, который, по предварительным налоговым оценкам, может аккумулировать не менее 7,3 млрд. рублей. О новшествах федерального бюджетного законодательства журналистам рассказал депутат Госдумы Виталий Шуба.

В 2011 году федеральный бюджет сохранит ранее обозначенный тренд 100-процентного обеспечения соцобязательств, чем и обусловлен дефицит прошлого и нынешнего годов, сообщил Виталий Шуба. «Регионы получали более 90 видов субсидий и субвенций, всё сохраняется и в 2011 году», – сказал депутат. Между темсреди новых трендов для Иркутской области особенно любопытен один – принятая программа модернизации здравоохранения. На неё дополнительно регионам будет направлено в течение двух лет 460 млрд. рублей.   

– Сколько получит Иркутская область?

– Цифра окончательно не утверждена, однако предварительно это чуть больше 8,4 млрд. рублей в течение двух лет. Это очень серьёзная сумма. Если сравнивать с другими нестоличными субъектами, то наш регион, Татарстан и Ростовская область получили очень крупные суммы. Я считаю, это результат хорошей работы правительства, Заксобрания и депутатов Госдумы от Иркутской области. Удалось доказать и убедить, что именно нашему региону нужны эти средства. В целом же могу сказать: поддержка Иркутской области из федерального центра будет по всем видам субсидий и субвенций не ниже, чем в 2010 году.

– Политика трёхлетнего планирования федерального бюджета оправдала себя? 

– Я полагаю, да. Сначала такое решение было принято, а потом в условиях кризиса приостановлено. Однако уже бюджет 2011 года верстался с учётом планов на 2012-2013 годы. В первую очередь это задаёт ориентиры для бюджетного планирования в субъектах. Более того, возможно, с 2012 года структура бюджета будет иной – программной. Сначала утвердят программы, выделят соответствующие средства. А позже из этих программ сформируют бюджет. Иркутской области в эту работу нужно встраиваться уже сейчас. Когда мне задают вопрос: «Сколько региональных объектов будет профинансировано из федерального бюджета?», то имеют в виду непрограммную часть. К сожалению, у меня нет ощущения, что мы сейчас движемся к иной структуре бюджета. А будут именно программы, и нам нужно входить в них. Причём региональные программы должны быть синхронизированы с федеральными. Да и сам областной бюджет хорошо бы представить в программном разрезе.  

 – Вы можете оценить бюджетную политику регионального минфина? Правительство Иркутской области критикуют за то, что основные высвобождающиеся средства идут не на социальные законы, а на погашение госдолга.  

– Я в своё время говорил, что размер госдолга Иркутской области приблизился к критической черте и этой проблемой необходимо заниматься. Однако все действия должны идти в рамках действующего бюджетного законодательства, и есть границы безопасности, за которые в течении двух лет нельзя уходить. Долговую политику правительства региона критиковать нельзя, пока оно идёт к достижению этой границы. Cведение на ноль госдолга не должно быть самоцелью. Приоритеты обозначены чётко – государство, приняв 122-й закон, сказало: начиная с 2005 года все социальные обязательства должны финансироваться на 100%. Если говорить о долговой политике, то, на мой взгляд, в первую очередь нужно избавиться от «плохих» долгов, которые были сделаны у коммерческих структур, и заменить их кредитами из федерального бюджета. Последние три года  субъектам РФ правительство выделяет крайне льготные кредиты, в 2011 году выделено около 113 млрд. рублей. Этим нужно пользоваться. 

На прошлой неделе премьер Владимир Путин заявил на совещании в Кремле, что за три последующих года Россия должна выйти на бездефицитный бюджет. «К 2015 году, а желательно ещё раньше», – сказал Путин. «Да, на федеральном уровне принято решение выйти на бездефицитный бюджет к 2015 году, – подтвердил Виталий Шуба. – Это делается исходя из понимания специфики нашей экономики. Мы довольно безболезненно преодолели кризис потому, что у нас были резервы. Принимался профицитный бюджет, средства откладывались в резервный фонд и фонд нацио-нального благосостояния». Напомним, что к концу 2010 года и бюджет Иркутской области был выведен на профицит в 1,6 млрд. рублей. Однако сделано это было за счёт поступивших незапланированных доходов. 

– Как вы оцениваете тот факт, что налоговые сборы в бюджет Иркутской области по итогам года не совпадают с прогнозами? 

– Несколько дней назад я получил отчёт Управления Федеральной налоговой службы по Иркутской области. В 2010 году в регионе собрано на 7 млрд. рублей налогов больше, чем  в 2009-м. Для бюджета это безусловный плюс. Теперь что касается налоговой политики Минфина. Насколько я понимаю, исполнительная власть, готовя проект бюджета, делает его максимально консервативным в доходной части. Я бы на месте правительства тоже держался умеренных взглядов на доходы. Однако если они слишком консервативны, то нет возможности чётко определить приоритеты расходования средств. На федеральном уровне рассматривается сразу несколько сценариев формирования бюджета – оптимистический, умеренный и консервативный. И уже ближе к разработке основных параметров бюджета утверждается базовый сценарий.

– Сейчас уже можно сказать, каким образом сказалась на российском бизнесе инициатива об увеличении страховых отчислений для предприятий? 

– Налоговая нагрузка в связи с отменой ЕСН и увеличение на 10% страховых выплат действительно заставили бизнес волноваться. Мы провели ряд встреч с представителями бизнеса и поняли, что им очень сложно вынести эту налоговую нагрузку. Так появилась инициатива правительства РФ, которая уже внесена в Госдуму, о введении переходного периода для малого и среднего бизнеса. Он, как мы предполагаем, продлится два года – каким будет окончательное решение, увидим в законе. Теперь вопрос: чем закрыть эти выпадающие средства? Пока можно только предполагать. Понятно, что всё это уходит в дефицит, а источники его покрытия – заимствования, или «раскассирование» фонда национального благосостояния. Следующим шагом может быть увеличение налоговой нагрузки на другие сектора экономики, прежде всего нефтегазовый сектор.

В минувший вторник Госдума рассмотрела в первом чтении законопроект о внесении изменений в Бюджетный кодекс и ряд других законов. Касался он создания дорожных фондов – как федерального, так и тех, что должны будут появиться в субъектах РФ. Если ранее, в начале двухтысячных, такие фонды были внебюджетными, то сейчас они станут частью бюджетов. На федеральный дорожный фонд будет выделено в виде трансферта 254,1 млрд. рублей, часть акцизов на ГСМ (бензин, дизтопливо и моторное масло) и ряд неналоговых доходов, связанных с автодорогами. А вот региональные бюджеты будут сформированы за счёт акцизов транспортного налога и  иных доходов. Напомним, что осенью прошлого года Госдума в два раза снизила базовые ставки транспортного налога, оставив регионам право как увеличить их в десять раз, так и уменьшить, а кроме того – вообще освободить от уплаты владельцев машин мощностью 150 л.с. Иркутская область этим не воспользовалась.    

– Что означает создание дорожного фонда для региона? 

– Это означает, что, планируя областной бюджет, теперь нужно выделить раздел или строку «Дорожный фонд» и определить его прогнозные доходы. Дорожные фонды в регионах должны быть созданы не позднее 1 января 2012 года. Действительно, базис таких фондов – акцизы и транспортный налог. Напомню, что с 2011 года акцизы вырастут на 1 рубль, ещё по рублю – в 2012 и 2013 годах. Нынче эти 84,9 млрд. рублей уходят в  федеральный дорожный фонд, а с  2012-го два новых рубля будут делиться пополам: рубль – в федеральный и рубль – в региональный фонд. В  2013-м – по полтора рубля. Нужно помнить, что деньги, аккумулированные в дорожном фонде, могут пойти только на цели дорожного строительства. Насколько мне известно, в Иркутской области на дорожную деятельность в 2010 году направляли около 2 млрд. рублей. Я сужу по отчёту УФНС. Если бы дорожный фонд был уже в 2010 году, то он должен был составить по доходам более 7 млрд. рублей. Я имею в виду объявленные УФНС сборы по акцизам ГСМ в 6,2 млрд. рублей, более 950 млн. рублей – транспортный налог. Мы должны понимать, что эти семь с лишним миллиардов рублей сейчас идут на покрытие иных обязательств и после создания фонда их надо будет замещать. Это очень серьёзная работа. Есть и ещё один аспект этой темы: а имеем ли мы проектно-сметную документацию на все объекты, которые могут быть профинансированы? Общая протяжённость дорог Иркутской области более 12 тысяч километров. Есть где осваивать. 

– Рост цен на бензин в конце 2010 – начале 2011 года вы связываете с акцизами?

– Акциз, конечно, имеет небольшую долю в цене, но на её размер влияют несколько факторов. Президент даже дал частичный ответ на этот вопрос, проводя совещание в Нижегородской области. Он, так скажем, «поставил на вид» нескольким госкорпорациям, в том числе и «Роснефти», что те не занимаются продвижением инноваций. Если производство бензина, дизтоплива несовершенно, то затраты растут, выход с полной нефти гораздо ниже и, естественно, это отражается на цене. Сибирская нефть, в том числе и с месторождений в Иркутской области, от акцизов освобождена. Наша нефтехимическая компания находится на территории Иркутской области. Нефть поступает в том числе и с сибирских месторождений, с месторождений нашего региона. Почему цена выше, чем в соседнем Красноярском крае, – вопрос. Должны работать антимонопольные службы. 

– Что сейчас происходит с законом о трансфертном ценообразовании?

– Это очень сложный законопроект, он принят в первом чтении и идёт в паре с другим законом – о консолидированном налогоплательщике. Второй законопроект был внесён в Госдуму позже, и произошла некая рассин-хронизация. Но я думаю, что в течение текущего года мы его примем. Однако стоит понимать, что только очень крупные компании с большими оборотами могут подпадать под действие этого закона. Будет создано специальное подразделение налоговой службы, которое будет проверять, насколько правильно устанавливается цена, чтобы затем просчитать налоговую базу. Мы говорим о трансфертном ценообразовании и не говорим, что трансферт – это и есть перемещение ресурсов из Иркутской области в какой-то другой субъект РФ. Так немедленного эффекта для Иркутской  области, я думаю, ожидать не стоит. 

– Федеральная целевая программа «Об охране озера Байкал» была включена в список программ, которые будут финансироваться в 2011 году. А потом выяснилось, что её в списке финансируемых уже нет. Почему так вышло?

– Скажем так: неактивно работали. Действительно, в прогнозах программа была обозначена, и на её финансирование в ближайшие три года планировалось выделить около  3 млрд. рублей. Я вхожу в состав рабочей группы «Единой России» по этому вопросу, и когда мы его обсуждали при нулевом чтении бюджета, пришли к выводу, что нет пока готовности к освоению средств. Ни Министерство природных ресурсов РФ, выступающее заказчиком этой программы, ни субъекты РФ Байкальского региона не сумели отстоять необходимость начать её финансирование уже в 2011 году. Конечно, потратить средства можно, но под освоением я понимаю решение каких-то совершенно определённых задач.