Должник вывел активы и объявил банкротство: как взыскать долг с директора в 2026 году

Вопрос читателя

Тема: Должник выводит активы и банкротится.

Автор: Сергей, предприниматель из Нижнего Новгорода.

«Здравствуйте, редакция. Попал в тупиковую ситуацию. Мы поставили крупную партию стройматериалов одной фирме, а они перестали платить. Когда мы начали давить, выяснилось, что директор переписал всю технику на новую "чистую" компанию, которую оформил на жену, а старую фирму-должника отправил в банкротство, заявив, что денег на счетах нет. Получается, активы просто украли у нас из-под носа, а суд теперь разводит руками, мол, брать нечего? Неужели по закону можно так просто "кинуть" партнеров и остаться безнаказанным? Как нам достать реальных владельцев и заставить их платить из своего кармана?»

Ответ юриста: пробивая «корпоративную вуаль»

Ситуация, которую описывает Сергей, к сожалению, является классикой недобросовестного ведения бизнеса в России. Однако, если мы посмотрим на неё глазами опытного юриста в 2026 году, то увидим, что чувство безнаказанности у таких должников часто бывает ложным. То, что директор называет «отсутствием денег», на юридическом языке квалифицируется как основание для привлечения к субсидиарной ответственности.

Субсидиарная ответственность — это тот самый инструмент, который позволяет пробить «корпоративную вуаль». Обычно учредители и директора не отвечают своим личным имуществом по долгам компании. Но это правило работает только до тех пор, пока они действуют добросовестно. Как только начинается вывод активов, ситуация кардинально меняется. Если фирма стала банкротом именно из-за действий руководства — например, из-за продажи техники жене за бесценок или перевода контрактов на новое юрлицо — долги компании-банкрота перекладываются на плечи этих конкретных людей.

Здесь важно понимать логику процесса. Банкротство не списывает грехи, если эти грехи привели к финансовому краху. Когда мы анализируем подобные дела, мы ищем причинно-следственную связь. Если до совершения сделки у компании были активы, чтобы расплатиться с вами, а после сделки наступила неплатежеспособность, значит, виноват тот, кто эту сделку подписал. Руководитель не может просто сказать «бизнес не пошел», если он сам лишил этот бизнес средств производства.

Более того, закон позволяет привлекать к ответу не только номинального директора, чья подпись стоит в документах, но и фактических выгодоприобретателей. Если новая «чистая» компания, куда перевели технику, продолжает работать на тех же объектах и получает прибыль, она тоже может попасть под удар. В нашей практике юридические услуги взыскание дебиторской задолженности часто включают в себя именно этот этап: розыск активов и доказательство того, что банкротство было создано искусственно. Мы детально восстанавливаем цепочку событий, показывая суду, что неплатежеспособность не свалилась с неба, а была срежиссирована конкретными лицами для уклонения от уплаты долга.

Разъяснение Пленума Верховного Суда

Для правильного понимания ситуации необходимо обратиться к позиции высшей судебной инстанции. Ключевым документом здесь является Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 53. Этот документ подробно разъясняет, кто такие «контролирующие должника лица» (КДЛ) и как именно они должны отвечать за свои действия. Верховный Суд очень четко дает понять: суть важнее формы. Даже если человек формально не числится в штате и не владеет долями, но фактически отдает указания, обязательные для исполнения (например, реальный владелец, прячущийся за номиналом), он признается контролирующим лицом.

Пленум вводит крайне важную для кредиторов презумпцию вины контролирующего лица. Это означает, что не вы должны со стопроцентной точностью доказать каждый шаг мошенника, а именно директор должен доказать суду, что действовал разумно и добросовестно. Если он не может объяснить экономический смысл продажи техники аффилированной фирме (той самой фирме жены), суд исходит из того, что он действовал во вред кредиторам.

Особое внимание Верховный Суд уделяет вопросу документации. Если директор не передал арбитражному управляющему бухгалтерские документы или передал их в искаженном виде, пытаясь скрыть следы вывода активов, это само по себе является мощнейшим основанием для субсидиарной ответственности. Логика проста: добросовестному руководителю скрывать нечего. Если документы пропали, значит, там была информация о незаконных сделках. Это позволяет судьям не верить на слово должнику, утверждающему, что «техника сломалась и была утилизирована», если нет подтверждающих бумаг.

Также Пленум разъясняет, как работает взыскание дебиторской задолженности через суд в рамках банкротства. Суд может арестовать личное имущество директора и бенефициаров (квартиры, машины, дачи) еще до вынесения итогового решения, в качестве обеспечительной меры. Это делается для того, чтобы пока идет процесс, виновные не успели переписать уже свое личное имущество на родственников. Верховный Суд ориентирует суды на то, чтобы не допускать ситуаций, когда кредитор выигрывает суд, но получает лишь исполнительный лист, по которому невозможно ничего взыскать.

Несколько примеров из практики

Чтобы не быть голословным, приведу конкретные истории из нашей юридической реальности, которые наглядно показывают, как этот механизм работает на деле.

Пример первый: дело о «пропавших» экскаваторах

В одном из дел компания-подрядчик задолжала поставщикам более 50 миллионов рублей. Директор и единственный учредитель утверждал, что кризис в отрасли «съел» всю прибыль. Однако при детальном анализе выписок по счетам выяснилось, что за три месяца до подачи заявления о банкротстве компания продала парк из десяти дорогих экскаваторов новой фирме. Цена сделки в договорах была, казалось бы, рыночной, но оплата производилась не деньгами, а векселями этой новой фирмы, которые по факту не стоили ничего. Новая фирма принадлежала тестю директора.

Мы доказали в суде, что эта сделка не имела экономического смысла для должника и фактически лишила его возможности зарабатывать деньги и гасить долги. Цепочка была признана единой схемой по выводу активов. Суд привлек директора и его тестя к субсидиарной ответственности. Поскольку имущества компании не хватило, долг в 50 миллионов был взыскан с них солидарно за счет их личной недвижимости и автопарка.

Пример второй: схема с «центром убытков» и «центром прибыли»

Другая история касалась торговой компании. Владельцы разделили бизнес на два юридических лица. На одном (должнике) висели все долги перед поставщиками и трудовым коллективом, а второе юрлицо (чистое) получало всю выручку от покупателей по агентским договорам. Когда накопились долги, первое юрлицо бросили в банкротство. Формально у него ничего не было — ни товара, ни денег, только стол и стул директора.

Кредиторы были в отчаянии, думая, что потеряли деньги. Однако в суде удалось доказать, что обе компании управлялись из одного офиса, имели общий IP-адрес для входа в банк-клиент, а сотрудники одни и те же. Суд признал это единым хозяйствующим субъектом. В результате владельцы бизнеса, которые думали, что надежно спрятались за сложной корпоративной структурой, были привлечены к ответственности всем своим личным имуществом. Суд указал, что создание такой модели бизнеса было изначально направлено на ущемление прав кредиторов.

Пример третий: уничтожение документов

В третьем случае директор строительной фирмы заявил, что весь архив с первичной документацией сгорел при пожаре в гараже, а сервер с базой 1С был украден. Он надеялся, что без документов управляющий не сможет оспорить подозрительные переводы денег на счета фирм-однодневок.

Это была роковая ошибка. Мы использовали разъяснения Пленума ВС РФ, о которых говорилось выше. Суд занял жесткую позицию: обязанность руководителя — обеспечить сохранность документов. Ссылка на пожар и кражу без надлежащих подтверждений из полиции и МЧС (которые были оформлены задним числом и выглядели сомнительно) не сработала. Суд постановил, что отсутствие документов делает невозможным формирование конкурсной массы, и автоматически возложил весь реестр долгов — а это более 100 миллионов рублей — на личные плечи директора. Ему пришлось продавать загородный дом и элитную квартиру, чтобы погасить хотя бы часть долга.

Советы пользователю

Сергей, ваша ситуация сложная, но не безнадежная. Главное сейчас — не занимать пассивную позицию наблюдателя.

1. Включитесь в реестр кредиторов. Это первый и обязательный шаг. Только получив статус кредитора в деле о банкротстве, вы сможете влиять на процесс.


2. Требуйте оспаривания сделок. Вместе с арбитражным управляющим (или заставляя его работать через жалобы) инициируйте процедуру оспаривания сделки по передаче техники новой фирме. Если технику продали жене или связанной фирме без реальной оплаты, суд вернет эти активы в конкурсную массу.


3. Подавайте заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Не ждите окончания банкротства. Аргументируйте тем, что именно действия директора по выводу активов привели к невозможности погашения вашего долга.


4. Ищите следы бенефициаров. Если новой компанией управляет жена, а работает там муж (бывший директор), это прямой признак аффилированности. Собирайте любые доказательства связи старой и новой фирм: общие клиенты, общий сайт, те же сотрудники.

Действуйте наступательно. Закон сейчас на стороне активного кредитора, а не хитрого должника.